Early Parliamentary Elections in Armenia in 2021: Domestic and International Significance
Table of contents
Share
QR
Metrics
Early Parliamentary Elections in Armenia in 2021: Domestic and International Significance
Annotation
PII
S271332140018880-5-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Sergey M. Markedonov 
Occupation: Leading Researcher, Center for Euro-Atlantic Security, Institute for International Studies
Affiliation: МGIMO University
Address: 76, Vernadskogo Prosp., Moscow 119454, Russian Federation
Edition
Pages
10-18
Abstract

The article is devoted to the analysis of the extraordinary parliamentary elections in Armenia, held because of a large-scale internal political crisis due to the defeat in the second Karabakh war of 2020. The author considers this event in two historical perspectives: the formation and transformation of the Armenian national-state project in the period after the collapse of the Soviet Union and the current socio-political developments. The article attempts to explain why the government accepted the humiliating terms of the truce and agreed to substantial territorial concessions to Azerbaijan, nevertheless managed to mobilize, seize the initiative from the opposition, provide the successful electoral campaign according to its own rules and, ultimately, confirm its own legitimacy. The author examines the 2021 elections in the context of the evolution of post-Soviet Armenia's political institutions and the transformation of the perception of Karabakh as a key element of the post-Soviet Armenian identity. He comes to the conclusion about the decreasing importance of the Karabakh factor for Armenia's domestic and foreign policy and the formation of a new post-war agenda in this country.

Keywords
Armenia, Narogno-Karabakh, parliamentary elections, opposition, “velvet revolution”, Azerbaijan, security
Received
24.02.2022
Date of publication
25.02.2022
Number of purchasers
5
Views
746
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite   Download pdf
Additional services access
Additional services for the article
1 Введение
2 Главным политическим событием 2021 года для Армении стали досрочные выборы в Национальное собрание. Это была вторая кряду внеочередная парламентская кампания. Предыдущие выборы были призвана разрешить внутриполитический кризис, связанный с провалом плана Сержа Саргсяна по пролонгации пребывания у власти и ее трансферу от себя в качестве президента к себе в качестве премьера. Все это происходило на фоне завершения конституционной реформы, которая преобразовала Армению из президентской республики в парламентскую1. В 2021 г. страна снова оказалась в масштабном кризисе. Однако на этот раз его триггером стали не события внутри Армении, а ее тяжелое военно-политическое поражение в противостоянии с Азербайджаном за Карабах.
1. Iskandaryan A. The Velvet Revolution in Armenia: How to Lose Power in Two Weeks // Demokratizatsiya. The Journal of Post-Soviet Democratization. 2018. - Vol. 26. - № 4. P. 465-482
3 В условиях нового статус-кво в Закавказье армянские власти видели в досрочных выборах возможность получить дополнительную легитимность, тогда как оппозиция рассматривала внеочередную избирательную кампанию как шанс на смену руководства страны. Внутриполитическая борьба в Армении приковала к себе внимание и внешних субъектов. В первую очередь потому, что по итогам всенародного волеизъявления решался вопрос, сохранит ли официальный Ереван приверженность трехсторонним заявлениям от 9/10 ноября 2020 г. и 11 января 2021 г. по Нагорному Карабаху2.
2. Заявление Президента Азербайджанской Республики, Премьер-министра Республики Армения и Президента Российской Федерации //http://kremlin.ru/events/president/news/64384 2020. - 10 ноября
4 Таким образом, завершившаяся избирательная кампания стала значимым событием не только для Армении, но и для всего Кавказского региона. Она показала устойчивость властной системы, выстроенной Николом Пашиняном, к рискам и кризисам, а также значительный ресурс массовой поддержки этого политика. Несмотря на катастрофическое военное поражение и фактическое продолжение конфликта с Азербайджаном уже на собственно армянской территории, действующая власть смогла мобилизовать электорат в свою пользу. Партия «Гражданский договор», возглавляемая Пашиняном, получила такое большинство в Национальном собрании, которое позволило ей сформировать кабинет министров без образования коалиций с другими политическими силами. Эта победа также стала залогом того, что контуры карабахского урегулирования, зафиксированные в трехсторонних заявлениях лидеров России, Азербайджана и Армении, не будут подвергнуты радикальному пересмотру со стороны Еревана. При этом и оппозиция курсу Пашиняна не смогла предложить стране действенные альтернативы. Даже Роберт Кочарян, самый последовательный критик премьер-министра Армении не предлагает силой вернуть утраченные позиции, перейти к тотальной мобилизации страны и пойти на полную блокировку переговоров с Баку.
5 В представленной статье исследуется значение досрочных выборов 2021 года для внутренней и внешней политики Армении, а также их последствия для безопасности Кавказского региона. Автор показывает, что успех Пашиняна - не случайность, он предопределен многими трендами развития постсоветской армянской государственности. В контексте произошедших и происходящих на наших глазах перемен крайне важно ответить на следующие вопросы. Почему Карабах перестал быть цементирующим элементом постсоветской армянской идентичности? Какие факторы способствовали трансформации национально-государственного проекта Республики Армения? В конечном итоге, почему и общество, и политики оказались в определенной степени готовы к шоку ноября 2020 года? Под готовностью в данном случае мы понимаем не позитивное восприятие поражения, а возможность, пускай и с определенными оговорками, принять новые геополитические реалии и приспособиться к ним. В поиске ответов на обозначенные вопросы мы опираемся в самом общем виде на неореалистские подходы Кеннета Нила Уолтца, выделявшего три категории (уровня) анализа (индивидуальный, государственный, международный)3. Многоуровневый анализ позволит лучше понять взаимосвязь проблем безопасности, внешнеполитических приоритетов Армении и ее внутриполитической динамики. Он также поможет установить прямую связь между военным триумфом 1994 и разгромом 2021 гг. и избежать упрощенческой оценки, в соответствии с которой согласие на уступки является эксклюзивной ответственностью правительства Никола Пашиняна и лично армянского премьер-министра.
3. Waltz K.N. Man, the State, and War: A Theoretical Analysis. N.Y. Columbia University Press. 1959. 263 p.
6 При работе с эмпирическим материалом мы также обращались к историко-структуралистским идеям Фернана Броделя. Категории «длинного» и «среднего» исторического времени, концептуализированные этим исследователем, предполагают обращение не только к фактам, представляющим актуальность в наши дни, но и к событиям прошлого, детерминирующих целый ряд сегодняшних трендов4.
4. Бродель Ф. История и общественные науки. Историческая длительность // Философия и методология истории / под ред. И.С. Кона. – М.: Прогресс, 1977. – С. 115–143
7 Таким образом, наша исследовательская гипотеза состоит в том, что досрочные парламентские выборы 2021 года по своим политическим последствиям выходят за рамки исключительно одного избирательного цикла. Они слишком связаны с поражением в Нагорном Карабахе, который на протяжении почти трех десятилетий был важнейшим элементом армянского национально-государственного проекта. В то же самое время само поражение Армении было во многом предопределено траекториями ее внутреннего развития и внешней политики в 1991-2020 гг.
8 Представленная статья - новаторское исследование. Об эволюции армянской государственности написан целый ряд фундаментальных исследований5. Но по понятным причинам выборы-2021 года рассматривались, прежде всего, в рамках отдельного политического кризиса и неудачной для Армении второй карабахской войны6. В нашей работе мы исследуем кампанию 2021 года в широком контексте армянской внутренней и внешней политики в постсоветский период.
5. Armenia’s Velvet Revolution Authoritarian Decline and Civil Resistance in a Multipolar World. Ed by A.Ohanyan & L.Broers. 2020. I.B. London, Tauris.256 p.

6. Буря на Кавказе Под ред. Р. Н. Пухова. - М.: Центр анализа стратегий и технологий. - 2021. - 128 с.
9

Выборы как выход из кризиса

10 Премьер-министр Армении Никол Пашинян заявил о проведении досрочных парламентских выборах как «лучшем выходе из сложившейся внутриполитической ситуации» 18 марта 2021 года. Но де-факто вхождение в избирательную кампанию началось с ноября 2020 года. Внутренних предпосылок для активизации политической жизни в Армении на этот момент не было. На момент начала второй карабахской войны Пашинян контролировал правительство, большинство в Национальном собрании, мэрию и Совет старейшин (муниципальный парламент) Еревана (в столице сосредоточено более трети всех избирателей страны). В условиях пандемии коронавирусной инфекции ему удалось отменить ранее запланированный референдум о поправках к Основному закону республики по порядку формирования Конституционного суда. Необходимые премьеру изменения были проведены через парламент. В результате сопротивление «третьей власти» главе правительства было сломлено. В апреле-мае 2020 г. прошли президентские и парламентские выборы в непризнанной Нагорно-Карабахской республике (НКР). По их итогам победу одержал лояльный Пашиняну Араик Арутюнян, а оппонент премьера Бако Саакян покинул свой пост.
11 Таким образом, глава армянского правительства завершил «второй этап революции», под каковым он понимал обеспечение лояльности судейского корпуса и усмирение нагорно-карабахской фронды7, чьи лидеры выражали свои симпатии второму президенту Армении Роберту Кочаряну. По состоянию на сентябрь 2020 года против всех потенциальных конкурентов премьера (Роберт Кочарян, Серж Саргсян, Гагик Царукян) были возбуждены уголовные дела.
7. Пашинян объявил "второй этап революции" в Армении. Что происходит? //
12 Однако поражение Армении во второй карабахской войне стало триггером массовых антиправительственных протестов в Ереване и в ряде других регионов. Для армянского политического класса собственно Армения, непризнанная Нагорно-Карабахская республика и семь оккупированных азербайджанских районов (так называемый «пояс безопасности») воспринимались как единый военно-стратегический комплекс. По итогам военных действий Ереван утратил контроль над двумя коридорами, связывающими Армению и непризнанную НКР (Лачинским и Кельбаджарским), а также целым рядом населенных пунктов на собственно карабахской территории (город Шуша, а также селами Гадрутского, Мартунинского и Мардакертского районов). Само существование территориально урезанной НКР отныне обеспечивается не волей и ресурсами армянского руководства, а российскими миротворцами, размещенными на ее территории. Они же обеспечивают коммуникационные каналы между Ереваном и Степанакертом, а также охрану и функционирование религиозных объектов (монастырь Дадиванк в Кельбаджарском районе). Никол Пашинян стал первым лидером Армении после распада СССР, кто официально принял столь тяжелые условия перемирия и включился в их практическую реализацию. При этом условия ноябрьского документа 2020 года были намного тяжелее тех, что ранее предлагались Еревану.
13 В этой связи массовое недовольство правительством Армении после поражения во второй карабахской войне было вполне предсказуемым. Однако его масштабы оказались намного меньше тех, которые гипотетически предполагались в случае территориальных уступок. Антиправительственные акции прошли два пика. Первый был достигнут в конце ноября – начале декабря 2020 года, когда семнадцать оппозиционных партий и движений объединились вокруг фигуры первого постсоветского премьер-министра Армении Вазгена Манукяна (в октябре 1992 – августе 1993 г. он занимал должность министра обороны) и создали «Движение за спасение Родины». Второй – пришелся на вторую декаду февраля, когда уличные акции оппозиции перешли в постоянно действующий режим, а центральная артерия Еревана – проспект Баграмяна – была заблокирована противниками власти. Однако в предновогодний период, а также к началу марта 2021 года антиправительственные протесты пережили спад. Попытка так называемого «военного переворота» в феврале 2021 г. фактически свелась к публичному заявлению Генерального штаба армянских вооруженных сил и его начальника генерал Оника Гаспаряна о несогласии с курсом премьер-министра8. Но каких-то активных действий по свержению власти и поддержке оппозиции военные не предприняли. Впоследствии Гаспарян не принял участия в парламентской кампании, хотя слухи о его выдвижении и даже создании им собственной партии в марте 2021 г. активно циркулировали.
8. Кризис вокруг Генштаба Армении: Прятал в бункере, а его назвали предателем //https://eadaily.com/ru/news/2021/03/02/krizis-vokrug-genshtaba-armenii-pryatal-v-bunkere-a-ego-nazvali-predatelem 2021. – 2 марта.
14 Сложилась парадоксальная ситуация. За отставку премьера и правительства в разное время высказывались президент Армен Саркисян, Католикос всех армян Гарегин II, представители Национальной академии наук, видные оппозиционные политики, бывшие руководители страны. В южных марзах (областях страны) Сюник и Гехаркуник недовольство политикой правительства проявляли и руководители муниципального уровня. Однако это не пошатнуло позиций Пашиняна. Напротив, премьер перешел в контратаку, активизировав массовые акции своих сторонников и визиты в регионы республики, включая и наиболее проблемный юг страны. В итоге буквально через пять дней после заявления Пашиняна о проведении досрочных парламентских выборов лидеры оппозиции приняли решение снять блокаду с проспекта Баграмяна. Манукян по факту вышел из политической игры, а разномастная армянская оппозиция согласилась с правилами премьер-министра. Она включилась в избирательную гонку на предложенных им условиях, а протестная активность перестала быть ключевым фактором внутренней политики.
15 Несмотря на то, что в предвыборную гонку вступили 25 партий и блоков, основная конкуренция развернулась между партией Никола Пашиняна «Гражданский договор» и предвыборным объединением второго президента республики Роберта Кочаряна «Айастан» («Армения»). В итоге со значительным преимуществом победу одержали проправительственные силы. «Гражданский договор» взял 53,94% и получил 71 мандат, тогда как его основные оппоненты набрали лишь 21,09% и 29 депутатских мест9. Согласно Конституции Армении, Национальное собрание не может быть двухфракционным, поэтому блок «Честь имею» во главе с экс-главой Службы нацбезопасности Артуром Ванецяном (де-факто за ним стоит экс-президент Серж Саргсян), не пройдя семипроцентный фильтр, с 5,22% голосов все-таки приобрел 7 мандатов. В парламенте, таким образом, произошла существенная ротация оппозиции: на место прежних двух фракций «Процветающая Армения» и «Просветленная Армения» пришли другие силы, изначально настроенные по отношению к Пашиняну более радикально, чем Гагик Царукян и Эдмон Марукян в 2018 году, когда по результатам досрочных выборов в Национальном собрании практически не было оппозиции «бархатной революции», критика правительства со стороны непашиняновских фракций пришла позже. Однако какие бы ротации ни случились на оппозиционном фланге, Пашинян и в 2021 году смог сформировать однородное правительство, не прибегая к сложным переговорам о коалициях.
9. Early Elections to the National Assembly 20-th June 2021 // >>>>
16

Фактор Карабаха в армянской политике

17 С первого дня предвыборной гонки две основные конкурирующие силы спорили друг с другом не только и даже не столько о путях и перспективах развития Армении, сколько о степени патриотизма и карабахском вопросе. И эту ситуацию нетрудно объяснить: Никол Пашинян стал первым руководителем своей страны, который не просто обсуждал различные варианты уступок, но и согласился с ними. Однако это решение не превратило его автоматически в политика-изгоя. Более того, объявив о возвращении ранее подконтрольных армянским силам территорий (включая Шушу и Гадрут в Карабахе), он через несколько месяцев после этого с большим перевесом выиграл выборы. Существует ли рациональное объяснение для такого развития событий?
18 Для ответа на этот вопрос необходимо обратиться к рассмотрению основных траекторий армянского национально-государственного проекта в 1991-2020 гг. По словам Бабкена Арутюняна и Александра Искандаряна, путь Армении к независимости «был в значительной степени инициирован не борьбой против коммунизма или империи, а формально внешним по отношению к стране (но не к социуму) карабахским конфликтом»10. Таким образом, Карабах оказался центральным элементом национального проекта Армении, совершавшей трансформацию из советской республики в независимое государство. Однако уже в скором времени стало ясно, что объединение усилий Еревана и Степанакерта и формирование общей повестки содержит в эксплицитном виде серьезные обременения. Совместное армяно-карабахское самоопределение оказывалось зарифмованным с территориальным конфликтом с Азербайджаном. Де-факто это противоборство было вмонтировано в фундамент новой государственности Армении. Впоследствии оно будет значительным фактором не только внешней политики Еревана, но и армянских внутриполитических процессов. По словам Оганеса Саркисяна и Норайра Дунамаляна, победа в первой карабахской войне в 1994 год «воспринимаясь в контексте борьбы армянского народа за существование и, будучи “мотором” формирования независимой республики, стала частью армянской “политической” идентичности»11. Однако этот успех (особенно, если смотреть на него, имея за плечами опыт 2020-2021 гг.) содержал в себе такие опасные обременения, как оккупация собственно азербайджанских районов за пределами бывшей Нагорно-Карабахской автономной области и исход этнических азербайджанцев с этих территорий12.
10. Искандарян А., Арутюнян Б. Армения: «карабахизация» национальной истории // Национальные истории в советском и постсоветских государствах. /Под ред. К. Аймермахера, Г. Бордюгова. Изд. 2-е, испр, и дополн. - М.: Фонд Фридриха Науманна, АИРО-ХХ, 2003. С. 145

11. Саркисян О.Л., Дунамалян Н.А Указ. соч. С. 57

12. Broers L. Armenia and Azerbaijan: Anatomy of a Rivalry. 2019. Edinburgh. Edinburgh University Press. 352 p.
19 Вследствие этого вопрос о самоопределении армян Нагорного Карабаха в переговорной повестке был, если не вытеснен, то дополнен и разбавлен другими проблемами, не выгодными для Армении. Между тем, во всех проектах, предложенных конфликтующим сторонам, будь то «пакетный», «поэтапный» планы, проект «общего государства», «обновленные Мадридские принципы» (в более детализованной форме – т.н. «Казанская формула» или «план Лаврова») предполагалось решение проблем с семью районами не в пользу Еревана13. Жирайр Липаритян (в 1994-1997 гг. главный советник президента Левона Тер-Петросяна по карабахскому урегулированию) уже после завершения второй карабахской войны констатировал: «…никто в мире не ожидал, что мы будем удерживать эти семь районов. Они всегда ожидали их возвращения, под теми или иными условиями»14. Продвигать идею Армения+НКР+районы на международном уровне означало невозможность уподобления карабахского кейса косовскому. В отличие от кейсов Абхазии, Приднестровья и Южной Осетии, воспринимаемых на Западе, как просоветская фронда, у Армении и НКР гипотетически были шансы и на применение к ним подхода, известного как «remedial secession». В некоторых политических кругах США и некоторых стран ЕС (прежде всего, во Франции) борьба армян за Карабах воспринималась, как сопротивление советско-сталинской национальной политике и исправление исторической несправедливости. Но оккупация и азербайджанские беженцы заморозили движение в этом направлении15.
13. "Мадридские принципы"//https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/160309 2016. – 7 апреля

14. "Многие думали, что война - это забава": Жирайр Липаритян о поражении Армении и будущем Карабаха //https://www.bbc.com/russian/features-55132269 2020- 30 ноября

15. Галстян А.С. США и геноцид армян: мораль, лоббизм и национальный интерес // Международная жизнь //https://interaffairs.ru/news/show/13011 2015, 24 апреля
20 И поэтому идея уступок всегда присутствовала в армянском политико-дипломатическом дискурсе. В 2021 году это подтвердил отнюдь не союзник Пашиняна, а его оппонент – свергнутый им Серж Саргсян. В своем интервью компании «Би-Би-Си» 24 июня 2021 года он заявил, что «готов был носить клеймо предателя, но решить вопрос»16. Так называемые «базовые принципы» или «Казанская формула-2011» строились на принципе пять плюс два: то есть, предполагали сначала возвращение Азербайджану пяти районов, отделяющих его от ядрового Карабаха, а затем – передачу Баку Лачина и Кельбаджара, связывающих непризнанную республику с Арменией по земле. При этом голосование по карабахскому статусу привязывалось к процессу деоккупации, было неразрывно с ним. Между тем, схожие идеи предлагал еще в 1997 года первый президент республики Левон Тер-Петросян17.
16. "Я готов был носить клеймо предателя, но решить вопрос": экс-президент Армении Серж Саргсян о Карабахе и Пашиняне //https://www.bbc.com/russian/features-57598041 2021- 24 июня

17. Левон Тер-Петросян: «Война, или мир? Пора стать серьезнее» //http://newsarmru.com/publ/stati/levon_ter_petrosjan_vojna_ili_mir_vremja_prizadumatsja/2-1-0-2?fbclid=IwAR06SeR9py7lc7zA6HQAse7cz8wliJM2Us1wdkNH8XfiK3U4DCy456sDDQo 2018. - 26 декабря
21 Не раз в ходе выборов конкурирующие стороны использовали друг против друга «карабахское оружие». Оппоненты первого лидера Армении говорили о готовности Тер-Петросяна к «сдаче Арцаха», а их оппоненты апеллировали к тому, что сам Роберт Кочарян в 1999 г. был близок к тому, чтобы принять план «обмена территориями» (передачу Мегринского района Армении в обмен на Карабах)18. Те, кто поддерживал Тер-Петросяна, также упрекали Кочаряна и Саргсяна в том, что они потеряли отдельное представительство НКР на переговорах. Но кто бы что ни говорил, а уступки всегда присутствовали на столе, и их обсуждали все лидеры Армении.
18. Тер-Петросян: в 1999 году власти Армении готовили передачу Азербайджану Мегринского района в обмен на Карабах // >>>> 2008. - 09 февраля.
22 Когда в канун голосования на досрочных парламентских выборах первый президент Армении в сердцах бросил, что в карабахском конфликте у его страны не было союзников, он лишь имел в виду, что никто из крупных внешних игроков, вовлеченных в мирный процесс, не поддерживал максималистские планки о перманентной поддержке выгодного для Еревана статус-кво19. Стоит заметить, что того же Пашиняна сегодня упрекают не в «сдаче» как таковой, а в создании условий, в которых ему пришлось пойти на это тяжелое решение. В этой точке парадоксальным образом в своих оценках сходятся «голубь» Липаритян и «ястреб» Кочарян. По словам первого, Пашинян решил: «Ничего не получается, и если это война, то пусть будет война. И мы победим»20. Последний же заявлял, что одной из причин второй карабахской войны была дипломатическая неопытность премьера и искусственное завышение им ставок в виде предложений об участии делегации непризнанной Нагорно-Карабахской республики в переговорах с Баку21.
19. В вопросе Карабаха у Армении нет союзников, считает первый президент РА // >>>> 2021. – 7 июня.

20. "Многие думали, что война - это забава": Жирайр Липаритян о поражении Армении и будущем Карабаха //https://www.bbc.com/russian/features-55132269 2020- 30 ноября

21. Экс-президент Армении обвинил Пашиняна в провале операции в Карабахе //https://ria.ru/20201204/karabakh-1587767582.html 2020.- 4 декабря
23

Почему не нашлось альтернативы Пашиняну?

24 После завершения второй карабахской войны, когда непростые решения по уступкам стали реальностью, оппоненты Никола Пашиняна не предложили взамен идеи «капитуляции» проект «реванша». В начале апреля 2021 г. Роберт Кочарян констатировал: «Армянская армия сейчас в такой ситуации, что любому трезвомыслящему человеку не придет в голову мысль о реванше»22. Если вынести за скобки откровенных маргиналов и, то с новым статус-кво политический класс Армении, по факту, смирился. Это, конечно, не означает, что он считается справедливым и легитимным. Но осознание высокой себестоимости пересмотра статус-кво, равно как и ресурсной необеспеченности, укрепляется. И здесь напрашивается принципиально важный вывод: общество в целом и армянские элиты не готовы к продолжению конфликта за Карабах.
22. Состояние армии сейчас не позволяет думать о реванше Армении – Кочарян //https://ru.armeniasputnik.am/20210405/Kocharyan-otvetil-poydet-li-na-revansh-v-Karabakhe-v-sluchae-prikhoda-k-vlasti-27064892.html 2021.- 5 апреля.
25 Достаточно сказать, что после подписания и оглашения совместного заявления по Карабаху 10 ноября 2020 года в республике не наблюдалось широкого добровольческого движения, попыток решить конфликт поверх государства, ничего подобного «Еркрапе» (Союза добровольцев, возникшего в 1993 г.) не появилось. На протяжении всего нагорно-карабахского конфликта в республике наблюдалась заметная гражданская активность, нацеленная на обеспечение статус-кво, выгодного Еревану. Но в 2020-2021 гг. она заметно пошла на убыль, а Пашинян на выборах получил большинство даже в южных регионах страны – тех, что стали для Армении после ноября 2020 года новым пограничьем с Азербайджаном, который продолжил прессинг в отношении Еревана с целью добиться демаркации и делимитации межгосударственной границы на выгодных для себя условий.
26 Долгие годы существовал известный зазор между политической публичностью, делавшей акцент на армянском национальном триумфе и реальным положением дел за столом переговоров, не слишком благоприятным для Еревана. Более того, нескольких лет кадровой «карабахизации», когда выходцы из непризнанной республики стали занимать ключевые позиции в Ереване, в массовом сознании стали восприниматься, как синоним непотизма, коррупции, а негативные социальные тренды (самый главный из которых массовый выезд из страны) стали формировать представление о Карабахе, как источнике внутренних проблем для самой Армении. Эту негативную картинку укрепили события 2003- 2004 и 2008 гг., когда две президентские кампании подряд прошли на фоне громких заявлений о масштабных нарушениях и фальсификациях, а затем имели место столкновения сил правопорядка и протестующих. Во время противостояния между властями и оппозицией первые воспринимались, как «карабахские». Весьма показательной историей в этой связи является возвращение в большую политику первого президента Армении Левона Тер-Петросяна. Имея «обременение» виде призывов к уступкам Баку и десятилетний перерыв в общественной деятельности, он сумел не просто выдвинуть свою кандидатуру на выборах, но и показать второй результат с 21, 50% голосов. Таким образом, Карабах, как главный критерий успешности постепенно переставал работать. События «четырехдневной войны» в апреле 2016 года, показавшие существенные изъяны в снабжении, обучении и подготовке армянской национальной армии, также способствовали дискредитации власти, воспринимаемой в Армении, как «карабахской».
27 Карабах выполнял роль универсальной отмычки для объяснения имеющихся социальных и политических неурядиц. От такого положения дел накопилась усталость. Армения во многом повторила путь Сербии, где политики, и общество устали от серии жестоких межэтнических конфликтов в Хорватии, Боснии и Косово без широкой внешней поддержки, в особенности, если вести речь о максималистских планках.
28 При таком наборе условий армянский избиратель не видел и не понимал, что принципиально иного ему могут предложить оппоненты Пашиняна. Они не звали к реваншу, да и ресурсов для этого не было, зато в наличии были фрустрация и усталость от тягот конфликта. На внешнеполитическом уровне главные конкуренты не отличались: Пашинян, как и Кочарян, всячески демонстрировали лояльность Москве, а в ходе предвыборной гонки оба фактически вели конкуренцию за право быть более надежным союзником России.
29 Более того, у внешних интересантов не было особых мотивов поддерживать оппонентов действующей власти. Но если для Азербайджана и Турции Кочарян был по определению «токсичным кандидатом», то резоны Москвы, Вашингтона и Парижа были намного сложнее. Популизм и дипломатические промахи Пашиняна создавали для России немало проблем, однако ключевым направлениям стратегической кооперации, будь то членство в ОДКБ и ЕАЭС или военное присутствие России в Армении, он не изменил. Более того, именно при Пашиняне Ереван разместил свою военно-гуманитарную миссию в Сирии. После 10 ноября 2020 г. именно Пашинян стал для Москвы гарантом выполнения условий совместных заявлений по Карабаху. Как следствие, парадоксальная для ряда российских СМИ картина: Владимир Путин на несколько дней раньше поздравил Пашиняна с победой на выборах, чем его американский коллега Джозеф Байден23. Российский лидер сделал это за три дня то того, как ЦИК Армении огласил окончательные итоги кампании, тогда как президент США объявил об этом в своем твиттере 29 июня24.
23. Путин поздравил Пашиняна с победой на выборах //https://ria.ru/20210624/armeniya-1738466202.html 2021. - 24 июня.

24. U.S. President Joe Biden congratulated the Armenian people and Acting Prime Minister Nikol Pashinyan on successful parliamentary elections // https://twitter.com/armgov/status/1409767524779147264 2021- June 29
30

Заключение

31 Таким образом, кризис, порожденный поражением Армении в Карабахе, с окончанием выборов 2021 года можно считать завершенным. Их итоги четко зафиксировали, как краткосрочные тренды, так и средне-долгосрочные тенденции политического развития Армении.
32 Никол Пашинян де-факто провел масштабный социологический опрос и подтвердил высокий уровень доверия к себе лично и к своей партии, несмотря на имеющиеся колоссальные проблемы внутри страны и на внешнем периметре. Однако полной гомогенизации власти он не добился. В активе у Пашиняна (точнее – в пассиве у оппозиции) отсутствие новых лидеров, стратегий, идей. Это позволяет в краткосрочной перспективе укреплять свои позиции во власти и даже пытаться играть на противоречиях в стане оппозиции (особенно на личных противоречиях Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна).
33 В целом победа Пашиняна была позитивно воспринята международными партнерами Еревана в спектре от нейтрально-положительных оценок до полной поддержки. Напряженные отношения с соседями (Азербайджаном и Турцией), отсутствие среди внешних акторов сторонников реализации максималистских требований Еревана создают ему проблемы на будущее. Армении не уйти от урегулирования пограничного кризиса и делимитации границы с Азербайджаном. Очевидно, что ни Баку, ни Ереван не готовы здесь к уступкам, а азербайджанские амбиции получают еще и всестороннюю поддержку Турции.
34 Карабахская идея, единожды всколыхнувшая и мобилизовавшая Армению, значительно потеряла свою изначальную сакральность. При этом на внешнем периметре уступки для Еревана были неизбежны, вопрос заключался лишь в их объемах и очередности. Отказ от их реализации радикализировал реваншистские настроения в Баку и в Анкаре, и укреплял руководство стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ (Россия, США и Франция) во мнении согласиться с ускоренной развязкой запутанного узла. Если же говорить о внутренней политике, то укрепление выходцев из Степанакерта в Ереване противопоставляло им и общество, и часть элит, работало на укрепление мнение о необходимости «демонополизации» в отношении карабахцев.
35 В итоге в 2021 году лидер, который согласился на беспрецедентные для Армении уступки, не просто смог принять участие в конкурентных выборах, но и выиграть их. Заметное продвижение по сравнению с Левоном Тер-Петросяном, который в 1997 году только предлагал обсудить компромиссы, вследствие чего ушел в отставку, но через десять лет смог вернуться в большую политику. Пашинян уступил намного больше того, что формулировал Тер-Петросян почти четверть века назад, но парламентскую кампанию выиграл со значительным перевесом.
36 Таким образом, мы можем говорить о том, что в Армении постепенно выстраивается новая пост-карабахская повестка дня, где идея «миацума» (объединения Нагорного Карабаха и Армении) отступает на второй план. Вперед выходят минималистские устремления (делимитация границы с Азербайджаном, нормализация отношений с Турцией, борьба за статус сжавшейся в границах Нагорно-Карабахской республики), то есть развитие курса в условиях нового статус-кво, сформированного по итогам второй карабахской войны.

References

1. Brodel' F. Istoriya i obschestvennye nauki. Istoricheskaya dlitel'nost' // Filosofiya i metodologiya istorii / pod red. I.S. Kona. – M.: Progress, 1977. – S. 115–143

2. Burya na Kavkaze Pod red. R. N. Pukhova. - M.: Tsentr analiza strategij i tekhnologij. - 2021. - 128 s.

3. Galstyan A.S. SShA i genotsid armyan: moral', lobbizm i natsional'nyj interes // Mezhdunarodnaya zhizn' //https://interaffairs.ru/news/show/13011 2015, 24 aprelya

4. Iskandaryan A.M. Armeniya mezhdu avtokratiej i poliarkhiej. – Pro et Contra. - 2011- № 3-4. S. 19-28.

5. Iskandaryan A., Arutyunyan B. Armeniya: «karabakhizatsiya» natsional'noj istorii // Natsional'nye istorii v sovetskom i postsovetskikh gosudarstvakh. /Pod red. K. Ajmermakhera, G. Bordyugova. Izd. 2-e, ispr, i dopoln. - M.: Fond Fridrikha Naumanna, AIRO-KhKh, 2003. S. 145-160.

6. Sarkisyan O.L., Dunamalyan N.A. Dinamika transformatsii grazhdanskoj identichnosti v sovremennoj Armenii: faktory i sub'ekty. – Polis. Politicheskie issledovaniya. 2020. № 2

7. Sarkisyan O.L. 2018. Kul'turnyj resurs politiki identichnosti (na primere Armenii) //Vestnik Rossijsko-Armyanskogo universiteta. № 2 (29). S. 28-33.

8. Armenia’s Velvet Revolution Authoritarian Decline and Civil Resistance in a Multipolar World. Ed by A.Ohanyan & L.Broers. 2020. I.B. London,Tauris.256 p

9. Broers L. Armenia and Azerbaijan: Anatomy of a Rivalry. 2019. Edinburgh. Edinburgh University Press. 352 p.

10. Derluguian G. & Hovhannisyan R. The Armenian anomaly: Toward an interdisciplinary interpretation // Demokratizatsiya. The Journal of Post-Soviet Democratization. 2018.- Vol. 26.- № 4. P. 455-457.

11. Iskandaryan A. The Velvet Revolution in Armenia: How to Lose Power in Two Weeks // Demokratizatsiya. The Journal of Post-Soviet Democratization. 2018. - Vol. 26. - № 4. P. 465-482

12. Waltz K.N. Man, the State, and War: A Theoretical Analysis. N.Y. Columbia University Press. 1959. 263 p.

Comments

No posts found

Write a review
Translate